Информационное агентство / Аналитический центр

В зоне проблемного земледелия

24.09.2018 | 14:09
|
254
текст Андрей Бакеев, Николь Жамаль

Работа ОАО «Зазерское» в структуре ГК «Астон», одного из крупнейших агрохолдингов юга России, избавляет хозяйство от проблем, связанных с хранением и сбытом сельхозсырья. При этом «Зазерское», как и другие агропредприятия страны, не защищено от влияния на бизнес объективных факторов — погоды, налоговых проверок и взлёта цен на ГСМ

«Зазерское» в Тацинском районе Ростовской области — самое крупное агропредприятие холдинга «Астон». 18 лет назад хозяйство было преобразовано из одноимённого сельского кооператива. К моменту прихода нового собственника СПК был в числе убыточных хозяйств Дона, но с собственной богатой историей. В 30-е годы прошлого века это был крепкий колхоз имени Сталина, а в эпоху застоя — колхоз «Ленинский путь». На заре нового тысячелетия учредитель компании «Астон» Вадим Викулов решил развивать собственную сырьевую базу и стал присматриваться к хозяйствам с хорошим потенциалом. Одним из первых таких приобретений стал СПК «Зазерский». 20 ноября 2000 года он был преобразован в акционерное общество. Сегодня ОАО «Зазерское» — одно из динамично развивающихся хозяйств региона. По данным базы Rusprofile, с 2013-го по 2016 год выручка агропредприятия выросла в 2,5 раза (с 76 млн до 171 млн рублей), а прибыль — почти в 15 раз (с 1,8 млн до 26 млн рублей). В 2017 году выручка несколько снизилась (до 164,6 млн рублей, по данным «СПАРК-Интерфакс»), зато прибыль выросла более чем в полтора раза — до 41,3 миллиона рублей. Это было связано с тем, что в прошлом году компания не стала продавать весь собранный урожай (более 23 тысяч тонн), а почти четверть оставила в собственных закромах. 1,5 тысячи тонн из этого резерва пошли на формирование семенного фонда «Зазерского», остальные несколько тысяч тонн ждали на складе хозяйства повышения рыночных цен. Когда цены в конце прошлого года пошли вверх, зерно было распродано. По прогнозам руководства предприятия, в 2018-м темп роста основных показателей будет на уровне 25–30%.

Сейчас размер земельных угодий хозяйства превышает 9 тысяч га, две трети из которых дали в этом году неплохой урожай (около 19 тысяч тонн), а одна треть находилась под чёрным паром, чтобы через год, когда плодородный слой восстановится, на этих отдох­нувших полях снова можно было сеять пшеницу.

Исполнительный директор ОАО «Зазерское» Дмитрий Шишкалов возглавил хозяйство десять лет назад. До этого занимался в «Астоне» набором специалистов (агрономов, инженеров) для других сельхозпредприятий холдинга (всего их шесть). Г-н Шишкалов уверен, что этот опыт помогает ему успешно руководить ОАО «Зазерское», внедрять в растениеводческой компании передовые агрохимические и управленческие технологии.

Хороший «матч» при плохой погоде

— Дмитрий Анатольевич, какая продукция является основной точкой рос­та вашей компании?

— Наш самый главный продукт — продовольственная пшеница третьего и четвёртого классов. Затем по значимости стоят подсолнечник и яровой ячмень. Например, в 2017 году общий валовой сбор зерновых у нас составил чуть более 23 тысяч тонн. Из них около 18 тысяч тонн — пшеница, а три с половиной тысячи тонн — ячмень. Ставку на эти культуры сделали по двум причинам. Во-первых, они наиболее востребованы на рынке. Во-вторых, наша природно-климатическая зона позволяет иметь на этих культурах хорошую урожайность.

— Какой в последние три года была у вас урожайность основных культур? Увеличивается ли она год от года?

— В прошлом году урожайность пшеницы у нас составила 52 центнера с гектара. Ячменя мы получили 27 центнеров с гектара. Считаю, что это хороший, достойный результат.

За последние пять лет урожайность выросла на 25 процентов. В этом году она упала на 13 процентов. Основная причина — неблагоприятные погодные условия в период проведения уборочной кампании. Наше хозяйство находится на северо-востоке Ростовской области, в зоне рискованного земледелия. 2018 год напомнил нам об этом, что называется, в красках. Летом осадков не было почти два месяца, а потом, в первые дни уборочной, выпало более 80 миллиметров. Это и привело к снижению урожайности. В такой ситуации радует, что полностью погибших посевов у нас нет. В отличие от хозяйств в соседних районах, где потери урожая весьма и весьма существенные. И если сопоставить то, что получили, с тем, что могли упустить по объективным (погодным) причинам, то выходит, что мы ещё неплохо «сыграли» на своём поле.

— Экспортирует ли ваша компания свою продукцию? Какая доля продукции уходит на экспорт?

— Реализацией продукции, в том числе и на экспорт, занимается управляющая компания «Астон».

— Насколько комфортно вам работается в составе агрохолдинга? Смогло бы «Зазерское» добиться тех же успехов, действуя самостоятельно?

— Работая в составе холдинга на протяжении 18 лет, у хозяйства есть возможность регулярно обновлять и поддерживать материально-техническую базу, строить новые сооружения, применять новейшие технологии (в том числе удобрения, семена, СХЗР). Транспортировкой, хранением, сбытом сельхозпродукции, контролем платежей от покупателей — всем занимается управляющая компания «Астон». Таким образом, у нас есть стабильность. Её на порядок меньше у самостоятельных агропредприятий, которые подвержены риску неплатежей, несут расходы по хранению и транспортировке продукции, поиску рынка сбыта. У нас, как хозяйства крупного агрохолдинга, такие риски и затраты сведены к минимуму. Наша задача — сеять, выращивать, заботиться об урожае, выполняя плановые показатели.

— Каков средний уровень рентабельности по основным культурам? Как он изменился за последнее время?

— Рентабельность по основным культурам у нас находится в пределах 40 процентов. Несколько лет не меняется. Надеемся, что в текущем году у нас получится сохранить рентабельность в этих пределах или даже повысить ее на три-пять процентов, поскольку ценовая конъюнктура рынка пока благоприятная.

— Какие задачи в сфере растениеводства ставит ваша компания на ближайшие годы? В каких показателях они измеряются?

— Как говорил выше, мы работаем в зоне рискованного земледелия, которая не даёт расслабляться, а, наоборот, вынуждает постоянно инвестировать в агротехнологии. Это не только покупка качественных удобрений, гибридов семян и средств химзащиты. Серьёзной темой для нас является, например, накопление и сохранение влаги в почве. Ведь урожайность и качество самого ликвидного сельского продукта — продовольственной пшеницы третьего и четвёртого классов — напрямую зависит от количества влаги, которую озимые получали во время всходов и созревания. А главные показатели, на которые мы ориентируемся, — это повышение урожайности и валового сбора зерна.

Технологии для эффективности

— Где вы сегодня видите наибольший резерв для повышения эффективности растениеводства?

— В выработке комплексных решений, в применении новейших агропромышленных и управленческих технологий, во внедрении принципов бережливого производства. Сегодня в работе современного агропредприятия очень важна роль команды, каждый элемент которой (отдел, служба) может профессионально взаимодействовать внутри предприятия, внутри холдинга, а также с нашими партнёрами — поставщиками техники, запчастей, ГСМ, семян, удобрений, химии, представителями науки и власти. Вот такую команду мы сейчас выстраиваем. Плюс, где возможно, стараемся внедрять новейшие информационные системы, за которыми на селе, безусловно, будущее.

— Насколько остро стоит проблема обеспечения вашей компании современной сельхозтехникой? Какого рода техника вам необходима прежде всего?

— С одной стороны, сегодня мы обес­печены современной техникой, как отечественной, так и импортной. Машинотракторный парк хозяйства представлен десятью зерноуборочными комбайнами (ACROS, CLAAS), одиннадцатью тракторами (John Deere и New Holland, МТЗ, Buhler), обеспеченными прицепными орудиями и агрегатами ведущих мировых производителей. Все технические и технологические новинки отслеживаем и по возможности приобретаем.

— Являются ли средства защиты растений фактором роста вашего бизнеса? Каких действий вы ждёте от компаний, которые обеспечивают защиту растений?

— Если не применять средства защиты растений, то урожая просто не будет. Его погубят болезни, сорняки и вредители, ситуация с которыми с каждым годом ухудшается. И дело не только в том, что ежегодно этого добра становится больше. Вирусы мутируют, и препараты, которые справлялись с патогенами несколько лет назад, сегодня уже неэффективны. Приходится постоянно держать руку на пульсе рынка, отслеживать инновационные новинки производителей и договариваться с поставщиками о поставке необходимых нам препаратов в требуемом количестве.

Мы пользуемся продуктами ведущих европейских и российских компаний, качество которых нас вполне устраивает. Единственное пожелание (оно же и ожидание) — чтобы качество этих веществ и далее было стабильно высоким.

— Насколько остра проблема квалифицированных кадров для вашей компании? Как вы решаете эту проблему?

— Думаю, я не буду оригинальным, если скажу, что отсутствие квалифицированных кадров для села — это и серьёзная проблема, и актуальная задача. И решать её надо совместными усилиями бизнеса, образовательных учреждений и власти. Иначе нам и другим сельхозпредприятиям будет трудно работать. Сейчас у нас в штате 78 человек. Средний возраст — 47 лет. Мы понимаем, что те, кто постарше, покинут хозяйство уже лет через 10–15, а адекватной замены этим специалистам (механизаторам, водителям, автомеханикам) мы пока не видим. Приходят единицы. Где брать? В райцентре есть Тацинский казачий кадетский техникум, который выпускает трактористов-машинистов. Недавно были приняты на работу четыре выпускника, но буквально через три-пять месяцев все уволились. Испугались трудностей. Работа ведь ответственная и сложная. Молодым не нравится. Даже тем, кто на селе вырос.

На мой взгляд, поколение, которое родилось в конце 1990-х и начале 2000-х, хочет много получать и мало работать. Поэтому и стремятся в город, где почище и попроще. Хотя зарплаты в городе немногим выше наших. Кстати, у нас заработок даже выше, чем в среднем по Ростовской области. К тому же, каждый год зарплаты индексируются. Для сравнения: в 2016 году средняя зарплата у нас составляла 22 566 руб­лей, а в прошлом — уже более 24 840 рублей.

Есть проблемы и предложения

— Можете назвать барьеры, которые сегодня мешают растениеводческой компании эффективно развиваться?

— Основные барьеры — бюрократические. Несколько лет назад спросил у фермера из Швеции о действиях проверяющих органов. Он искренне удивился: «О ком говорите?» Я ему отвечаю: «Налоговая проверяет деятельность предприятия, сельхознадзор, пожарные, экология…» Он ещё больше удивился: «У нас нет таких проверок. Мы сдаём отчёт один раз в год». У нас очень много инстанций, которые живут, ничего не производя, контролируют, проверяют (планово-внепланово). Много бюрократии и мало конструктива. Бесконечные проверяющие отвлекают от работы и выписывают штрафы. Ладно, если бы за дело. А так в основном придирки, цель которых сводится к одному — заплати и живи спокойно до следующей проверки.

— Что, на ваш взгляд, должны сделать отраслевые организации, органы власти для решения этих проблем?

— Во-первых, не мешать. Во-вторых, оптимизировать систему налогообложения. Пересмотреть систему наказаний, штрафов за выявленные незначительные нарушения. В-третьих, при взаимоотношении с нами не заниматься бюрократией, а руководствоваться здравым смыслом.

— Какими мерами государственной поддержки пользуется ваша компания?

— Раньше, пока была такая возможность, пользовались льготами на дизтоп­ливо (была так называемая Путинская солярка). Но сейчас такой поддержки пока нет. Цены на топливо в этом году выросли на 30–50 процентов. Минсельхоз обещает нам компенсировать часть затрат. Ждём.

Из того, что сейчас работает, хочу отметить льготное кредитование на приобретение отечественной техники, пополнение оборотных средств и на инвестиционные цели.

Возможно, в ближайшее время воспользуемся и такой формой поддержки, как компенсация капитальных затрат при строительстве производственных объектов. Размер дотаций нам может составить около 20 процентов.

— Каковы ваши предложения по доработке существующих мер господдержки АПК?

— Таких предложений у нас несколько. Первое: надо не просто вернуть погектарную поддержку сельхозпредприя­тий (в прошлом году для нашей зоны она составляла 292 рубля на гектар), а увеличить эту сумму в четыре-пять раз. Причём субсидии эти должны распространяться на все сельхозугодия, которые обрабатываются, включая так называемый чёрный пар (он необходим при строгом соблюдении правил севооборота).

Второе: вернуть льготы на ГСМ для сельхозтоваропроизводителей, которые были пять лет назад. При существовавшей тогда системе топливо можно было получить со скидкой 20–30 процентов, что было ощутимой экономией.

Третье: создать для сельхозпроизводителя такие условия, чтобы он хотел как производить, так и перерабатывать сырьё. Это касается не только растениеводства, но и такой проблемной, на мой взгляд, сферы, как молочное животноводство. Нужно развитие небольших перерабатывающих производств. Грантовая поддержка в рамках действующей сейчас госпрограммы «Семейная ферма» не решает вопрос в полной мере, да и получают такую поддержку не десятки сельхозпредпринимателей, а единицы. Соответственно, четвёртое предложение — сделать существующие формы поддержки АПК максимально доступными для любых агропредприятий, а не только крупных, средних и незначительной части мелких хозяйств. Наконец, пятое предложение состоит в том, чтобы запус­тить на селе программу повышения агропромышленной грамотности, опираясь, например, на аналогичный опыт Германии. Сегодня многие новички, желающие работать на земле, не обладают даже элементарными знаниями, что приводит к прекращению производственной деятельности.

Другие публикации раздела: Новости

Нет комментариев. Ваш будет первым!