Информационное агентство / Аналитический центр

«Те, кто не хотел заниматься стратегией, могут попасть под волну сокращений»

22.03.2018 | 14:03
|
642
текст Владимир Козлов
изображение roscongress.org

«Эксперт ЮГ» поговорил с управляющим директором консорциума «Леонтьевский центр — AV Group» Алексеем Крыловским о том, почему волна региональных стратегий несёт новое качество управления

Консорциум «Леонтьевский центр — AV Group» — один из лидеров на рынке региональных стратегий, получивший известность после работы в Петербурге и Татарстане. Последние плоды деятельности команды на Юге — новые стратегии Краснодарского края, Адыгеи и Северной Осетии.

— Чем подогревается сейчас интерес регионов к новым стратегиям? Ведь с наступлением первого же кризиса большинство стратегий устарели, но территории не стали спешить с разработкой новых.

— Сейчас просматривается очевидный федеральный тренд — замена губернаторов на тех, кто умеет разрабатывать и реализовывать стратегию. Это диктуется, видимо, потребностями следующего шестилетнего президентского цикла. Всех руководителей регионов анализируют на предмет готовности видеть приоритеты, создавать набор проектов, умения реализовывать их. Расставив приоритеты, руководитель должен сформулировать большие проекты, а потом нарезать их на малые. Мне кажется, эта идея захватила нашего президента, и он видит в этом большую возможность следующего шестилетнего цикла. Поэтому даже те, кто ещё вчера не хотели заниматься стратегией, формулировать проекты, понимают, что если они не будут этого делать, могут попасть под волну сокращений.

— Насколько правомерно вести речь о новом поколении стратегий? Можно ли говорить о каких-то чертах, которые отличают его от предыдущего?

— Все наши последние работы — они меньше про стратегии в старом смысле, а больше про механизмы их реализации.

— А что такое стратегия в старом смысле? Просто документ?

— Многие хотели документ. Не было закона, поэтому стратегия трактовалась по-разному. Каждый регион видел в этом документе своё. Закон приняли, критерии документа заданы. Современный спрос диктует проработку механизма реализации стратегии. В Северной Осетии в середине работы над стратегией мы порекомендовали создать агентство развития, и оно было создано. В Адыгее мы ту же рекомендацию давали через четыре месяца после старта, но там бюджета на агентство нет, поэтому решили сделать проектный офис внутри регионального Минэкономики — получился интересный кейс.

— Где в этом вопросе интрига? Это вопрос о создании реального института развития в регионе?

— Самое главное в этом даже не юрлицо, а реальная команда, которая освобождена от текучки, которая занимается только приоритетными проектами развития региона в целом. Все стали понимать, что три человека в ведомствах, которые занимаются инвестициями, — нежизнеспособная модель. Минпром не общается с Минсельхозом и т.д. Вот как в Татарстане произошло: в семи министерствах было по три человека, все они были переведены в новый институт, в отдельную структуру — Агентство инвестиционного развития Татарстана. Они объединились и начали не столько заниматься подведомственными проектами, сколько приподниматься над ними и думать над кластерами, проектами, которые стимулировали бы взаимодействие между отраслями. У них появилось новое поле работы. Такое агентство нельзя подчинить какому-то конкретному региональному органу исполнительной власти, тогда остальные с ним взаимодействовать не будут. Соответственно, оно должно напрямую взаимодействовать с «первыми лицами региона». Выгодно и правильно использовать заработавшую форму автономной некоммерческой организации. В такой форме работает, например, Агентство стратегических инициатив (АСИ).

— Где здесь ответственность разработчика и где она заканчивается?

— Сейчас мировой тренд — госуправление третьего поколения. Первое поколение — это поручения, второе поколение — это внедрение бизнес-механизмов, которое до конца не сработало, а третье поколение — это проектные площадки, механизмы взаимодействия и проектные офисы, в том числе новые технологические механизмы гибкого постоянного взаимодействия. Но я бы не фетишизировал информационные технологии — это удобно, собирать всё на одном сайте, но генерировать идеи всё равно должны проектные офисы. И наша ответственность — заложить правильную структуру совместной работы. В этом году мы проводили экспертный совет, посвящённый двум годам реализации новой стратегии Татарстана. Процент реализации стратегии там очень высокий, регион поддерживает эту работу.

— Флагманские проекты можно назвать отличием новых стратегий? В ряде случаев кажется, что они логично вытекают из традиционно базовых отраслей экономики территорий.

— Во-первых, флагманский проект — это именно про кластер, про объединение. Во-вторых, это формирование лучших стандартов отрасли и правил игры. И в-третьих, это приоритетные высокотехнологические инициативы отрасли. Через флагманские проекты государство должно стимулировать развития приоритетных задач.

Я приводил пример с кластером «Голливуд» — это большие самостоятельные структуры, но они не могут взять актёров в рабство, рабочая сила постоянно перемещается. Но они выработали одинаковые стандарты подготовки, обучения, они создали реальный конкурентный механизм определения лучших — «Оскар». Самое главное, что в кластере всегда есть несколько крупных игроков — олигополий, но там же и тысячи средних компаний и маленьких предпринимателей, это зона для развития малого и среднего бизнеса. Кластер — это лучшая форма для развития МСБ, потому что малый бизнес, благодаря существованию кластера, уже знает потребности рынка.

— Как это спроецировать на экологизированный АПК — кластер, который предложено создать Кубани?

— Задачи в сфере селекции игроки не могут решать по отдельности. Значит, надо объединиться. То же самое в подготовке специалистов: надо объединяться и вместе развивать внутреннюю систему дуального образования, потому что всем уже понятно: логика «сделаю кафедру, а всё остальное гори огнём» не работает. Если не договориться, не получится высокого качества. Мелиорация — неподъёмная тема для отдельного хозяйства, нужно объединиться и биться за источники финансирования, за создание «пилотов».

— То есть в Краснодарском крае отрабатывались темы, которые могли бы подключиться к федеральным?

— Да. Либо подключиться, либо претендовать на получение статуса федеральной темы. Надо приходить со своими «пилотами» на федеральный уровень. Как правило, пилотные проекты получают больше финансовой поддержки и меньше процедур согласования. Например, системе АПК явно нужно повышать уровень логистики. Все нуждаются в этом, все вспоминают советское прошлое, когда были заготконторы. Теперь их нет, потому что нет понимания товаропотока. Как результат, частник в эту сферу не идёт. А значит, это кластерная тема: объединить усилия и создать сеть логистических парков, необходимых отрасли. Обмен техникой: не нужно всем покупать комбайны, комбайнёр должен убрать в одном хозяйстве и поехать в другое, но этим надо научиться управлять. У нас в Краснодарском крае три пилотных платформы — АПК, туризм и Южный экспортно-импортный хаб. У каждой должна быть единая цифровая платформа, которая управляет потоками, чётко выстраивает карту. Например, CognitiveTechnologies в Краснодарском крае обкатывали уборку на беспилотных комбайнах — движение в эту сторону началось.

— Кто-то из игроков этой сферы уже обозначил готовность заниматься такими решениями?

— Кто-то обозначает, кого-то мы подталкиваем. Мы считаем, что дальше должны появиться отдельные подразделения внутри института развития АПК и вести эту работу.

— Чья задача «продать» разработанный флагманский проект бизнесу?

— Флагманский проект не нужно делать в чистом поле, его нужно делать с бизнесменами. Почти все идеи рождались на проектных площадках, созданных в ходе разработки стратегии. Экологизированный АПК — это местный термин, который обсуждался с ключевыми отраслевыми холдингами Краснодарского края. Они сказали, что им это интересно, что они готовы в эту сторону идти.

— А по торгово-транспортно-логистическому комплексу какие могут быть общие решения? Там же есть крупнейшие игроки с собственными инвестпрограммами — «Магнит», НМТП и другие.

— Все ключевые игроки сказали, что как минимум хотят друг с другом разговаривать. Это было удивительно, но у них нет общей площадки для коммуникаций, нет общей аналитики. А если бы была, они смогли бы себя позиционировать как «проектная команда». А дальше целый ряд вопросов. Идёт груз, Новороссийскому порту он не выгоден, ему выгоднее сказать — иди в Туапсе. Но этой системы коммуникаций нет. Если он придёт в Новороссийский порт, попадёт в очередь, порт на нём не успеет заработать, а если порт отправит его в Туапсе за комиссию, все окажутся в выигрыше, клиент будет удовлетворён. Этой коммуникации нет и между портами и аэропортами, а ведь должен быть выбор: лететь, ехать автотранспортом или на поезде. Мы специально посещали порты Португалии, у них есть электронные карты, где они видят все передвижения по всем портам своей страны. Схема связана с технологиями, каждый игрок делится с кластером определённой информацией, которая важна для всех, и в результате они понимают движение товаропотока и оптимально распределяют его между собой. За счёт внедрения такой 4-PL платформы и малые порты заживут, потому что большие порты вполне могут перераспределять своих небольших клиентов в малый порт. И нужно, объединившись, проработать это на уровне Минтранса России, доказать, что это приоритетный проект. Ещё важнее перспектива: Краснодарский край обкатывает это, а потом подключает весь ЮФО, а следующий шаг может быть ещё масштабнее.

— Но в Краснодарском крае вы предлагаете развивать и отсутствующие индустрии. Например, кластер креативных индустрий. Какова тактика и стратегия развития того, чего на данный момент нет?

— Креативные индустрии привязаны к агломерации. Это мегастимул для появления сектора услуг. Для этого нужно создать среду без границ, то есть что-то помимо южного солнца. Высокоскоростной интернет сейчас есть везде. Конечно, нужно звать «якорные» проекты. Вот «Иннополис» сегодня бьётся за то, чтобы расширить перечень якорных игроков, таких как «Лаборатория Касперского» и разработчики платформы Сбербанка. Надо такие проекты завлекать в регион, потому что вокруг них возникает среда. В Сочи в рамках стратегии предлагается создать SmartParkSochi в Имеретинском кластере. Это вариант перепозиционирования всего Имеретинского кластера, включая аэропортовую территорию. В Краснодаре прорабатываем научно-технологическую долину SmartParkKrasnodar на базе КубГУ, в основе которой инициатива вуза. Даже если не предоставлять льгот, сама качественная среда будет привлекать своими преимуществами. Я вообще против налоговых льгот — они развращают.

В подготовке материала принимала участие Олеся Меркулова

Другие публикации раздела: Новости

Нет комментариев. Ваш будет первым!