Информационное агентство / Аналитический центр

«Сейчас мы ИТ-аутсорс-регион — а надо продавать свои продукты»

28.08.2018 | 11:08
|
504
текст Владимир Козлов

Южный IT-Парк, созданный четыре года назад в Ростовской области, выпустил за это время шесть потоков и около 100 стартапов. Руководитель парка Андрей Батрименко рассказывает о том, как резко увеличить количество проектов. Но он считает, что экосистеме развития инноваций, как минимум, не хватает регионального венчурного фонда

— На какой стадии развития сейчас находится Южный ИТ-парк? Какие главные результаты получены за последние годы?

— Стоит перечислить несколько фактов о Южном IT-Парке. Мы — структурное подразделение АО «Региональная корпорация развития», парк создан в 2014 году по инициативе правительства Ростовской области. В 2016 году занял 6 место в Топ-10 акселераторов страны по версии «РосБизнесКонсалтинга» (РБК) из 400 других акселераторов. За время работы акселератора IT-Парка прошло шесть наборов, программу акселерации завершили более 100 стартапов. Заявку на участие в акселерационной программе за это время подали более 630 стартапов. Наши выпускники привлекли более 150 миллионов рублей инвестиций. Всего через наши профильные и партнерские мероприятия (митапы, хакатоны, конференции) за год проходит более 2,5 тысячи человек.

Как формировать поток проектов

— Динамика какого показателя является критерием успешности?

— На самом верхнем уровне — мы одна из базовых площадок для взаимодействия ИТ-специалистов в Ростовской области, поэтому нам важно, сколько профильных мероприятий мы провели, сколько было участников, что нового узнали люди на нашей площадке. На уровне акселератора, конечно, мы учитываем количество стартапов, подавших заявки на участие в нашей акселерационной программе, попавших в акселератор и успешно завершивших её. В ходе работы мы создаём условия для знакомства наших стартапов с венчурными инвесторами федерального уровня и работаем над тем, чтобы в Ростовской области появлялись венчурные инвесторы. Поэтому одним из важных показателей является количество привлечённых инвестиций в наши стартапы. Если говорить про акселерационную программу, т.е. ещё на уровень ниже, нам важно количество продуктов, созданных стартапами. Мы работаем со стартапами с уровня «идея» и пытаемся ускорить их развитие, одна из ключевых вех — появление продукта, который можно продать пользователям. Прогресс всегда зависит от стартовой позиции, чаще всего мы работаем от 0 к 1. Мы считаем, что четыре месяца акселерационной программы равны двум годам самостоятельного развития стартапа. Ещё один параметр оценки нашей работы — количество стартапов, дошедших до финала акселерации. Ведь стартап — это временная структура для проверки бизнес-гипотез, мы должны понимать, что очень часто гипотезы не подтверждаются. По разным данным, в мире 95–99 процентов стартапов умирает в первые три года своего существования. Ещё одним из косвенных показателей нашей активности можно считать наличие отраслевых наград у стартапов. К примеру, у нас в регионе есть замечательный конкурс лучших ИТ-проектов от министерства связи Ростовской области, пару лет назад шесть из девяти номинаций получили стартапы, прошедшие акселерацию Южного IT-Парка.

— Сегодня часто звучит мысль о том, что число новых проектов нужно кардинально увеличивать, чтобы они оказывали какое-либо воздействие на экономику. Что нужно сделать для того, чтобы значительно выросло количество стартапов, которые выходят из Южного ИТ-парка?

— Наша акселерационная программа зарекомендовала себя на региональном и федеральном уровне, но наш формат взаимодействия с резидентами пока ограничивает нас в географии деятельности и количестве выпускников. У нас один существенный недостаток, который можно отнести и к преимуществам. Часть нашей программы подразумевает офлайн-взаимодействие. Еженедельные встречи с наставником (трекер) и еженедельные групповые встречи проходят лично. Когда к нам попадают стартапы из соседних субъектов ЮФО, мы, безусловно, идём навстречу и работаем по удалённой модели. Это наше узкое место, именно поэтому мы пропускаем через нашу программу примерно по 50-60 стартапов в год. Сейчас мы планируем оцифровку нашей образовательной программы и перевод большинства активностей в онлайн, т.е. оцифровываем Южный IT-Парк. Акселерационную программу можно разделить на два блока: образование и трекинг (наставничество — сопровождение прогресса стартапа). Сейчас мы планируем создать платформу, объединяющую трекинг и образование в одном месте, т.е. систему промежуточного мониторинга стартапа и образовательную площадку. Планируется, что вся работа будет происходить в рамках курсов и наборов, все образовательные материалы основатель может получить в любое удобное ему время, поскольку курс автономен, не требует личного участия команды IT-Парка. Набор подразумевает взаимодействие трекера и стартапа на платформе (планы недели, результаты недели, оценка за неделю и т.п.). Стоит отметить, что онлайн-программы акселерации и предакселерации есть как у Y-Combinator (YCombinatorStartupSchool — самый успешный акселератор мира. — «Эксперт ЮГ» ), так и у ФРИИ (Фонд развития интернет-инициатив — самый крупный и активный венчурный фонд Европы. — «Эксперт ЮГ») — «Заочный акселератор», «На старт стартап» и «Онлайн трекшн».

— Есть ли сегодня наглядные истории успеха, связанные с выпускниками?

— Приведу несколько примеров. «Аргументарий» — основатель стартапа Евгения пришла с идеей. В ходе изучения целевой аудитории она осознала отсутствие проблемы, которую она хотела решать с помощью своего продукта. Она придумала новый продукт, мобильное приложение, помогающее в подготовке к части «С» ЕГЭ, проблема подтвердилась. Уже через три недели Евгения выпустила собственное мобильное приложение в Googleplay, которое создала сама с помощью конструктора мобильных приложений (не имея при этом навыков программирования). Её приложение вошло в Топ-3 лучших приложений категории «Образование» в русском Googleplay.

Examis — основатели создали продукт, привлекли клиентов и заработали первые деньги на подготовке к ЕГЭ в интерактивной форме (онлайн-квест с игровыми механиками, чат-бот и т. п.). Стоит заметить, что основатели в момент создания продукта и прохождения нашей акселерационной программы сами являлись выпускниками школы и сдавали ЕГЭ. Уже ясно, что ребята не планируют сворачивать с предпринимательской тропы. Даже если они закроют этот бизнес, думаю, создадут новый.

Мы заметили тренд на серийных стартаперов: резиденты, у которых не получился или получился проект, но они закончили в нём работу по каким-то причинам, начинают делать новый стартап. Видимо, ребята не хотят отвыкать от предпринимательства.

— Где сегодня организация берет проекты? Каков потенциал для увеличения круга организаций-партнёров?

— Сейчас основным образовательным и технологическим партнёром для нас является ФРИИ. Но акселератор фонда берёт проекты с продуктом и продажами, т.е. они работают на другом уровне воронки, мы набираем стартапы с уровня идеи и пытаемся помочь дойти до уровня продукта и первых продаж. Поэтому у нас взаимовыгодное сотрудничество, мы передаём стартапы друг другу, как по конвейеру. Сбор заявок в наш акселератор сейчас мы проводим на базе онлайн-продукта «Преакселератор ФРИИ», который, по сути, является не только формой сбора заявок, но и образовательным продуктом, так как во время заполнения разных блоков анкеты основатели смотрят видео и читают дополнительные материалы, подготовленные ФРИИ. В декабре 2018-го или в феврале 2019 года мы уже планируем очередной большой RnDStartupDay совместно с ФРИИ, на который собираем более 50 стартапов и более чем 200 участников.

Ещё мы очень тесно работаем с Фондом содействия инновациям, государственной организацией, очень помогающей стартап-сообществу России. ФСИ даёт гранты на наукоёмкие проекты, при этом у них есть гранты даже для физических лиц, что неимоверно важно для начинающих предпринимателей. В классической концепции развития стартапов есть такое понятие, как «долина смерти» — это абстрактное состояние стартапа, когда у него не сходится экономика и расходы превышают доходы. С помощью грантов ФСИ (более 500 тысяч рублей для физических лиц) шансы выжить в этой долине кратно увеличиваются у любого стартапа. Конечно, у ФСИ есть и другие гранты, для более поздних стадий развития бизнеса. На совместных мероприятиях с ФСИ мы находим команды в наш акселератор, на последнем полуфинале конкурса «Умник» мы пригласили четырёх участников в нашу программу.

Но один из главных наших партнёров-поставщиков стартапов — это наши выпускники. По итогам каждой программы мы замеряем удовлетворённость резидентов результатами работы. Пользу от трекинга (наставничества) стартапы оценивают более чем на 8,5 балла из 10 в среднем по трём последним наборам. Мы постоянно получаем заявки, которые основатели заполняют по рекомендации своих друзей и коллег, прошедших через наши активности. У нас даже есть семейная пара, которая прошла акселерацию, каждый из супругов со своим стартапом в разных наборах.

У нас также хорошая синергия с ДГТУ по «железным» проектам, они предоставляют экспертизу и ресурсы для развития технологии — я говорю о промышленном коворкинге «Garaж» (ResearchandDevelopment). Сейчас мы обсуждаем проведение совместной акселерационной программы с федеральными экспертами НейроНет (проект Национальной технологической инициативы).

Главным потенциалом для развития акселерационных программ в нашей стране сейчас являются корпорации. Благодаря президенту, который задал тренд на корпоративные акселерации и корпоративные венчурные инвестиции, а в последнее время и на цифровую экономику, мы сейчас видим быстрое развитие этой ниши. Корпоративные акселераторы или акселерационные программы есть у МТС, Альфа-банка, «Меги», Сбербанка, Yota, «Билайна» и других Ясно, что в таких акселераторах происходит разработка продуктов, необходимых для корпорации, а не отдельных бизнесов. Но когда мы обучаем людей современным методологиям предпринимательства, то можем ожидать, что такой проектный подход эти люди смогут повторить и в обычном бизнесе.

Как вырастить команды

— Как вы считаете, может ли у региона быть ниша в той сфере, которую вы представляете? Есть ли на Дону потенциал для того, чтобы укреплять свои позиции в сфере ИТ-решений и проектов?

— Ростовская область уверенно и давно входит в топ-10 ИТ-регионов страны и по количеству специалистов, и по количеству бизнесов в сфере ИТ. Но сейчас мы ИТ-аутсорс-регион. Большинство наших ИТ-специалистов работает фрилансерами на зарубежные и российские кампании. Наши специалисты дешевле столичных, тем более международных, при этом качество работы сохраняется на высоком уровне. У нас есть несколько студий, которые занимают по несколько этажей специалистов в сфере ИТ и работают только по заказам западных компаний. Сейчас это проектный бизнес, они работают от заказа. Как сделать так, чтобы данные команды создавали и продавали свои продукты — вот главный вопрос и вызов для нашего региона и Южного ИТ-Парка в частности. Если мы сможем помочь ребятам стать командами, создающими и развивающими собственные разработки, думаю, от этого выиграют и сами команды, и наш регион.

— В каких трендах и при каких условиях, на ваш взгляд, возможны прорывы?

— Диджитализация — неоспоримый тренд во всех областях нашей жизни. Google и Apple достаточно давно конкурируют за первое место в списке самых дорогих корпораций мира. Apple недавно перешла оценку стоимости кампании в триллион долларов (около 65 триллионов рублей), это в 20 раз больше стоимости Газпрома (стоимость которого более 3,4 триллиона рублей).

Затрону один из трендов. Сейчас прорыв происходит и будет происходить в области машинного обучения и искусственного интеллекта. Голосовые помощники, машинный перевод текста, нейронные сети и обработка больших данных — вот авангард информационных технологий наших дней. Сейчас мы имеем дело с технологиями-ассистентами, которые не принимают самостоятельных решений, следующая стадия — предиктивные технологии, принимающие решения. Приведу несколько примеров. Сегодня Siri может совершить звонок или отправить смс по просьбе владельца телефона, но она пока не позвонит сама в службу спасения, если увидит катастрофическое изменение пульса у владельца. Хотя уже сейчас никто не мешает создать приложения для «умных» часов с такой функцией. К тому же такие технологии касаются не только персональных гаджетов, но и государственного управления. К примеру, сейчас камеры автоматически следят за нарушением скорости на наших дорогах, но штраф и протокол подписывает человек. В Китае экспериментально действует система, которая распознаёт лица пешеходов, переходящих дорогу на красный, и автоматически выписывает и отправляет им штрафы. В банках системы следят за подозрительными операциями и автоматически блокируют их. За такими автономными системами будущее.

— Какие главные препятствия для развития «умных» отраслей вы сейчас видите?

— Основные препятствие для развития любых инноваций — закостенелость систем и консерватизм людей. Сейчас мы имеем очень долгий срок принятия и реализации решений в бизнесе и государственных структурах. Взять к примеру инновации в образовании: пока будет разработан и внедрён образовательный стандарт по развитию блокчейн-технологий, технология уже пройдёт две-три стадии эволюции, стандарт окажется устаревшим, а, может, и вообще потеряет смысл.

Ещё одно важное препятствие, о которое «спотыкается» большинство стартапов мира — отсутствие спроса, т.е. проблемы, за решение которой клиенты готовы платить. Это самая распространённая причина смерти стартапов. Хороший стартап, как известно, складывается из желания основателей делать продукт, возможностей его создания (компетенций, ресурсов) и наличия клиентов, которые готовы покупать продукт. Мы как раз в нашей программе сосредоточиваемся на третьей компоненте — на анализе потребностей людей, на поиске рынка и спроса ещё до создания продукта. Этот подход называется CustomerDevelopment, он лежит в основе нашей программы. Мы учим ребят проводить проблемные интервью, изучать пользовательское поведение, формировать и тестировать ценностные предложения; всё ради того, чтобы максимально быстро проверять и менять бизнес-гипотезы без больших финансовых и временных затрат.

— Какого рода ресурсы вам нужны для того, чтобы кардинально увеличить масштабы деятельности?

— Мы планируем запустить наш первый онлайн-курс «Цифровизация бизнеса» уже в этом году; как только наш курс будет готов, мы сможем резко увеличить количество стартапов и предпринимателей, проходящих нашу воронку. Думаю, в 2019 году мы уберём требование к проектам по признаку деятельности в ЮФО. Но при этом мы сами стартап и, конечно, нам не обойтись без экспертной, а иногда и финансовой помощи наших партнёров и правительства области.

— Какие задачи вы считаете необходимым ставить в сфере инновационного развития? Как должна выглядеть инфраструктура поддержки инноваций, ИТ-разработок, чтобы инновации стали драйвером экономического роста? Каких элементов экосистемы не хватает?

— В нашем регионе построена хорошая система поддержки начинаюших предпринимателей. Но, думаю, если в Ростовской области появится венчурный фонд (частный или государственный), который сможет финансировать перспективные ИТ-проекты, это увеличит количество и повысит качество появляющихся стартапов. Напомню, Южный IT-парк не даёт инвестиций. В некоторых регионах есть успешные примеры работы таких фондов. К мерам поддержки и развития ИТ-разработок можно отнести законодательные меры по стимулированию венчурных инвестиций (налоговые льготы, софинансирование инвестиционных раундов), расширение налоговых каникул на ОКВЭды по высокотехнологичным направлениям и т.п. Ещё в качестве подобных элементов можно рассмотреть систему по стимулированию создания интеллектуальной собственности, к примеру, бесплатные юридические консультации по этой теме или субсидирование части затрат на регистрацию международных торговых марок и интеллектуальной собственности.

Другие публикации раздела: Новости

Нет комментариев. Ваш будет первым!